Статус Символического

Статус Символического

Редактор журнала "Анив" Карен Агекян

Недавно молодежные организации Арцаха обратились к Президенту Сержу Саргсяну с заявлением: "Уважаемый господин Президент Республики Армения. Четырнадцать лет назад завершилась победой национально-освободительная война за Арцах. В результате этой победы армянский солдат большей частью вышел на северо-восточные рубежи нашей общей Армянской Отчизны. Эта война была в первую очередь войной за священную землю нашей Родины. Перечеркнув навязанные армянскому народу искусственные и нежизнеспособные границы "Нагорно-карабахской автономной области", Конституция НКР, принятая в результате общенародного референдума 2006 года, закрепила суверенные границы армянской земли, отвоеванные кровью лучших сынов нашего народа.

Эта война стала войной не только за нашу землю, но и справедливым возмездием за Геноцид, организованный в Азербайджане в ответ на политические требования армян Арцаха. Закрепив результаты победы, армянский народ продемонстрировал всему миру, что такие попытки никогда больше не останутся безнаказанными. Игнорирование тем или иным образом в идеологии или в реальной политике результатов победы армянского народа попирает не только память павших героев, но и память жертв резни и погромов в Сумгаите, Баку, Кировабаде, других городах и селах Азербайджана, поощряя новую вооруженную агрессию против армянской государственности.

В этих вопросах нет и не может быть мелочей. Ежедневное изображение на канале Общественного телевидения Армении, других телевизионных каналах карты "НКАО", не существующей с момента провозглашения НКР, ежедневно оскорбляет память наших героев и наших жертв, оскорбляет телезрителей не только РА и НКР, но и Спюрка. Это недопустимо само по себе вне того или иного политического контекста. Но в политическом аспекте это особенно негативно действует сейчас, в судьбоносный для нации момент решающего этапа переговоров по урегулированию конфликта, когда армянская дипломатия, как все мы надеемся, отстаивает интересы армянского народа.

Требуем убрать изображение "НКАО" с карты прогноза погоды и других карт Армении и НКР на телеканалах и заменить его на изображение Республики Армения и Нагорно-Карабахской Республики. Уверены, что в ближайшее время будут предприняты все необходимые меры для изменения сложившейся ситуации".
Это важное обращение, поддержанное патриотической частью ереванской молодежи, должно послужить сигналом для общества. Не столько искать виноватых в телетрансляции такой карты, сколько задуматься о том, почему много лет люди мирились с подобным изображением, хотя видели его по нескольку раз на день. Ведь контуры границ армянских государств - только одна из множества граней общего положения дел.

Пример другой грани: практически везде и повсеместно, в Спюрке и на Родине можно услышать и увидеть словосочетание "Армения и Карабах" - на страницах печати, в рекламных объявлениях на улице, в кругу политиков и деятелей культуры. Но даже те, кто хорошо понимал его абсурдность и вред, спешили дальше по своим делам: "Все это мелочи жизни. Главное - мы один народ, Карабах наш и мы его никому не отдадим".

Еще одна "мелочь": не всегда ставить имя Армении на первое место в любом перечне - идет ли речь о встрече двух президентов, международном фестивале, матче спортивных команд. Любой перечень есть иерархия ценностей не на каких-то мировых эталонных весах, где учитывается валовой продукт и число пусковых ракетных установок. Это иерархия для пишущего (говорящего) и читающего (слышащего). Либо перечень пытается выстроить или перестроить эту иерархию в наших головах, либо отрицает ее (например, в случае нейтрального алфавитного перечня), что немногим лучше иерархии ложной.

Запущенная болезнь имеет свойство прогрессировать. Незадолго перед матчем с турецкими футболистами с логотипа армянской сборной "по случайному совпадению" убрали изображение горы Арарат, чтобы позже вернуть на место. Важные вещи для турок, а для нас "мелочи жизни"? "Мы будем хитрую дипломатию вести: уберем Арарат, а потом вернем. Зато нам приоткроют коммуникации, а это самая важная вещь в сегодняшнем мире. Реалистами нужно быть, ай жоговурд. На красивых картинках и лозунгах далеко не уедешь".
С пренебрежением символическими "мелочами" в армянской реальности Родины и Спюрка сталкиваешься постоянно при характерном равнодушии к этим фактам общества или общины - отдельных обеспокоившихся людей очень легко заклеймить как маргиналов.

Все это можно охарактеризовать в первую очередь как проблему статуса символического. Если в нашем частном быту символическому придается преувеличенное значение, то в политических и идеологических вопросах символическое часто принижается или вообще игнорируется. Болезнь, конечно, не новая. К этому же ряду относится упорное использование тюркских географических наименований вместо издревле существующих армянских. Используют ли в Азербайджане название Сюник, используют ли в Турции армянские названия городов и областей Западной Армении? В армянской же устной и письменной речи до сих пор мелькают Зангезур, турецкая топонимика потерянной части Родины. О закреплении в силу армянского консерватизма тюркского "Карабах" вместо исконного "Арцах" не приходится и говорить. В первой половине XX века тюркская топонимика преобладала не только в той части Нагорья, где Армянство было уничтожено, но и на территории Восточной (советской) Армении, где оно сформировало автономную государственность. Эту топонимику активно использовали даже армянские поэты, прижизненно получившие статус классиков, например, такой патриот, как Аветик Исаакян, в своих стихах постоянно называл Арагац "Алагязом", Бюракн "Бингелом" и т.д. Еще раньше в лексике армянских политических партий, которые вели национально-освободительную борьбу, вместо определений "Западная" и "Восточная" фигурировали термины "Турецкая Армения" (даже не "Оттоманская", а "Турецкая"!) и "Российская Армения", закрепляющие в сознании армян тот факт, что истинными хозяевами их земли являются две империи. По сей день большинство представителей старого патриотичного Спюрка, потомки армян, выживших во время Геноцида, пишут и говорят, что их дедушки и бабушки (отцы и матери) родились в Турции - не отличая Смирну и Полис от Карина и Багеша. Во-первых, между Оттоманской империей и Турцией огромная разница - Турция как таковая родилась с провозглашением республики в 1923 году. Во-вторых, независимо от политических границ Армянское Нагорье было и остается страной Арменией. Если потомки тех, кто родился на Нагорье, не говорят во всеуслышание, что их предки появились на свет в Армении (пусть даже захваченной империей, но никуда от этого не исчезнувшей), - значит, они этого не сознают.

Сейчас армянский и турецкий режиссеры начинают съемки фильма под рабочим названием "Аракс". Среди спонсоров упоминаются "Турецко-Армянский Совет по развитию бизнеса" (TABDC), Армянская Ассоциация Маркетинга (AMA), посольство США в Анкаре. О символике фильма пишут так: зимняя, скованная льдом река будет олицетворять холод и враждебность на границе между двумя странами, расцвет природы и свободное течение реки весной - потепление и дружбу. Понятно, что политически востребованная тема позволяет авторам рассчитывать на дивиденды вне зависимости от качества работы. Судя по газетным публикациям, они рассчитывают, что фильм будет отмечен на Каннском фестивале и даже удостоен Оскара. Вполне возможно. О конъюнктурности в искусстве слишком многое уже сказано и вряд ли можно что-то добавить. Хочется обратить внимание на историю любви, без которой авторы, конечно же, не могли обойтись. Любви турецкого юноши и армянской девушки - именно так, а не наоборот: армянского юноши и турецкой девушки. Казалось бы, какая разница. На самом деле речь отнюдь не о мелочах. Если мы обратимся к истории, к тем обществам, где существовала национальная, религиозная иерархия - мы увидим одну и ту же закономерность. Связь (вплоть до женитьбы) мужчины из господствующей "касты" населения с женщиной из подчиненной "касты" осуждалась только при расовой нетерпимости, во всех остальных случаях она не возбранялась. Но мужчина из числа "подчиненных" за одну попытку сблизиться с женщиной из "господствующих" карался смертью. Если обратиться к нашей истории - вряд ли можно найти в ней более тягостные страницы, чем сведения о насилиях над армянскими женщинами и девушками - их бесчестили янычары, которых в армянских деревнях обязаны были принимать на постой, их похищали курды. Национально-освободительное движение было вызвано в том числе и необходимостью защитить честь армянских женщин. Только один эпизод из воспоминаний детства Каро Хачатряна "Наперекор смерти":

"В один из зимних холодных вечеров 1914 года сельский староста привел к нам на ночевку трех всадников-полицейских. Мы разожгли тонир, накормили их. Когда турки, набив животы, встали из-за стола, их маслянистые взгляды устремились к моей старшей двоюродной сестре Шаке. Слепая от рождения, она была необыкновенно красива с чудным станом и золотыми косами. Трое псов набросились на нее, собираясь изнасиловать. Шаке не понимала что происходит, сопротивлялась и звала на помощь. Моего подоспевшего отца полицейские связали, избили и бросили в хлев. Мы с Хечо пытались забрасывать их яйцами. И вдруг - чудо! - в дверь громко постучали. Хечо подбежал к двери, распахнул ее, внутрь стремительно вошли четверо фидаинов и молниеносно разоружили турок. Те не успели в себя прийти, даже не попытались оказать сопротивление. Фидаины вытащили их наружу, прикончили, как собак, бросили в реку и ушли".

Несть числа армянским женщинам и девушкам, которые в годы Геноцида предпочли смерть возможности спастись через "любовь" турка. И вот теперь эту любовь будут воспевать армянский режиссер-соавтор и армянская часть съемочной группы. Еще не остыла память от изощренного садизма во время погромов в Азербайджане - от сумгаитского до бакинского, а тем армянкам, которые пережили физические и психологические травмы предлагается умилиться такой вот "love story". Свой ответ насильникам, движимым древним инстинктом кочевника по улучшению своей породы, армянские мужчины дали на поле боя - там эти "герои" показали чего они стоят. А вот "творческие", "позитивно настроенные" армяне, намеренные поучаствовать в съемках вышеописанного кино, уравнивают себя со страдающими бессилием вуайеристами, которые подталкивают девушку к другому, а сами подсматривают за происходящим и занимаются самоудовлетворением. Разница только в том, что наши "творцы", похоже, хотят заставить смотреть на это весь мир и неплохо на этом заработать.

Духовными опорами всякой нации были и остаются три образа: женщины, дающей нации жизнь; крестьянина, связующего нацию с землей; солдата - защитника нации. В поражениях винят монарха, полководца, генералов, превознося мужество рядового солдата - в противном случае подрывается психологическая возможность победы. В общественных проблемах винят правящие круги, партии, профсоюзы, интеллигенцию, но только не человека земли - в противном случае подрывается психологическая возможность выздоровления общества. Важность охранять и оберегать образ девушки, молодой матери слишком очевидна. Такой образ и есть персонификация и Родины, и народа, именно он встает перед глазами у солдата на последнем рубеже. И если мы на экране отдаем армянскую девушку турку - пусть даже очень доброму, любящему и толерантному по сюжету, это не мелочь. Это символично.

Продолжение следует...