Традиционная армянская свадьба. Часть первая

Брак один из важнейших социальных институтов, формы которого находятся в определенной зависимости от господствующих в общее" общественных отношений и отражают как общие закономерности развитая человечества, так и основные этапы этнической истории данного народа, его этнокультурные особенности, в частности, имущественно-правовые нормы, нравственные представления и традиции.

В традиционном, преимущественно крестьянском, обществе армян брачность приближалась к всеобщей, т.е. вступление в брак считалось обязательным для всех, за исключением людей с физическими или умственными недостатками. Правда, в литературе есть сведения о случаях добровольного безбрачия некоторых девушек, считавших это богоугодным делом; их решение вызывало безусловное уважение семьи и односельчан. В брак вступи строго по старшинству: обычай запрещал младшим жениться и выходить замуж раньше старших братьев и сестер.

При вступлении в брак у армян действовал ряд запретов, определенных нормами обычного права и церковными законодательством. Так, категорически запрещались браки между кровными родственниками до пятого, а то и до седьмого колена. Это во многом определялось экзогамным характером азга (рода) у армян. Даже во второй половине XIX браки внутри азга не допускались поскольку его члены считались близкими родственниками. При этом в разных областях Армении понятие "Близкий родственник" варьировалось от четырех до семи поколений, в зависимости от того, до какого колена велся счет родства от основателя азга.

Другим видом запретов было ограничение по свойству. Не допускался брак двух родных братьев с двумя родными сестрами.

Строгим препятствием к браку, как уже отмечалось, было искусственное родство. Так, усыновленный гердастаном не имел права жениться на девушке того же гердастана, поскольку считался близким родственником. Запрещались также браки между молочными братьями и сестрами, между лицами, скрепленными узами побратимства или посестримства Весьма распространен у армян был институт кумовства (каворутюн), которое считалось, независимо от того, свадебным оно было или крестильным, нередко даже более близким, чем кровное родство. Поэтому брачные связи категорически запрещались не только с представителями семьи кума кавора, кнкавора, но и между потомками кумовьев.

На брачные ограничения оказывала влияние и религиозная принадлежность. Этнически смешанные браки, особенно в районах с компактным армянским населением, практически не отмечены. Браки армян с мусульманами резко осуждались; о ванских армянах Е.Лалаян, например, писал: "Ни армянин, ни турок не позволят, чтобы кто- либо из их сородичей отступил от родной веры из-за брака с инородцем".

Брачный круг был ограничен и территориально, т.е. невесту старались выбрать в родном или соседнем селе. Интересна с этой точки зрения старая армянская поговорка: "Лучше отдать дочь местному пастуху, чем чужому царю".

С другой стороны, локальная эндогамия была обусловлена социально-экономическими причинами, особенно введенной в пореформенное время подушной системой наделения землей, при которой любое увеличение членов той или иной общины (в данном случае за счет невесты из чужого села) вело к нежелательному сокращению подушного земельного участка.

В брак разрешалось вступать не более трех раз, причем в третий раз можно было жениться только на вдове.

Но несмотря на все существовавшие брачные ограничения, в традиционном быту армян имели место и отступления от принятых норм. Однако подобные факты были редки и осуждались обществом.

Некоторые брачные ограничения сохранились до нашего времени. Это запрет брачных связей с родственниками, с представителями семьи кавора, между молочными братьями и сестрами, соблюдение традиционного принципа возрастной очередности братьев и сестер при вступлении в брак (хотя последнее теперь зачастую нарушается). Так, в селах по-прежнему преобладающими остаются браки, заключаемые внутри них, но расширение контактов молодежи во время учебы или работы, безусловно, способствует росту числа браков между молодыми людьми из разных сел и даже районов Армении, между сельскими и городскими жителями, представителями разных социально-профессиональных групп.

В прошлом, традиционным способом заключения брака у армян был брак по сговору, основанный на уплате стороной жениха стороне невесты определенного выкупа, который назывался hарси гин, глхагин (букв. "цена невесты", "цена головы").

Другим, менее распространенным был способ заключения брака путем похищения ахчик пахцнел (букв. "умыкнуть девушку"), главным образом в форме увода, т.е. с согласия девушки, но вопреки воле ее родителей.

Такой способ заключения брака исследователи долгое время считали древнейшим и едва ли не универсальным. Позднее они пришли к выводу, что оба способа заключения брака (по сговору и похищением) по своему происхождению относятся к одному историческому периоду с той лишь существенной разницей, что брак по сговору уже в древности утвердился в качестве общепринятого правового института, а брак похищением никогда не был законным и считался отклонением от нормы, нарушением принятого обычая.

Случаи похищения у армян известны в далеком прошлом и бытовали еще в XIX начале XX в., а иногда и позднее. Теперь практикуются обе формы заключения брака при значительном преобладании, как и прежде, брака по сговору.

Браки у армян обычно заключались очень рано. Девушкам, которых выдавали замуж, как правило, было 12 16 лет. Хотя Армянская церковь, установившим для жителей Кавказского края возраст для жениха 16 лет, а для невесты 14 лет, в крестьянском быту, по свидетельствам очевидцев, нередко встречались браки, заключенные и в более раннем возрасте, например, между 13 14-летним юношей и 11 13-летней девушкой.
Прежнее представление о минимальном брачном возрасте девушки характеризует шутливая армянская поговорка: "Если девушку ударить шапкой и она не упадет, значит, время выдавать ее замуж".

В прошлом у армян, как и у других народов Кавказа, был широко распространен сговор между родителями относительно обручения младенцев или малолетних детей, а иногда даже еще неродившихся детей. Особе частым было так называемое люлечное обручение оророци ншанадрутьюн, оророци хаз. В знак свершения уговора отец мальчика делал на люльке девочки отметку, а иногда перекладину люльки трижды перевязывали хлопчатобумажными нитками, вешали на люльку кусочек серебра или золота, серебряную монету. Такая форма обручения была вызвана главным образом желанием обеих сторон путем будущего брака детей установить тесные родственные отношения. К сговору прибегали и в том случае, если дети в семье умирали: полагали, что счастье ребенка из благополучной семьи "перейдет" на обрученного и он останется жить.

Однако эта часто практиковавшаяся в народе и допускаемая обычным правом традиция входила в противоречие с нормами армянской церкви, которые запрещали обручение и брак малолетних. "Никто не вправе венчать детей, пока они не достигнут возраста, когда познают собственные желания. Священника, дерзнувшего венчать, лишить священнического сана и подвергнуть штрафу в пользу церкви в размере драхм", - гласит одна из статей средневекового судебника Мхитара Гоша. И далее: если молодые люди "обвенчаны в детском возрасте и по достжении совершеннолетия не пожелают быть супругами, то пусть невольное них венчание не служит препятствием ко вступлению в брак с другими ". В народе же считалось недопустимым, чтобы такой брак не состоиться. С течением времени, однако, обычай "люлечного обручения" стал исчезать и к концу прошлого столетия пропал из обихода армян.

Брак считался нерушимым; разводы были чрезвычайной редкостью. Но в ряде случаев развод разрешался: если, например, степень родства супругов была ближе дозволенной обычным правом; в случае неверности одного из супругов.

Свадебный цикл у армян при браке по сговору состоял из предварительного этапа (сватовство, сговор, обручение), собственно свадьбы (обряд бракосочетания и переезд новобрачной в дом мужа) и обрядов послесвадебного цикла. Эта традиция сохранилась до наших дней, хотя и претерпела некоторые изменения.

По армянскому обычаю невесту обычно выбирали родители юноши, причем инициатива принадлежала матери. Остановив свой выбор на той или иной девушке, она предварительно совещалась с мужем и со своими родственниками, прежде всего с родным братом, что указывает, на значительную роль дяди со стороны матери (керри) в семейных делах. Затем они старались собрать интересующие их сведения о предполагаемой невесте и ее семье. Основное внимание обращали на скромность, трудолюбие и хорошее здоровье будущей невестки. При этом внешности не придавалось особого значения, о чем свидетельствует и известная поговорка: "Пусть будет некрасивой, лишь бы хорошей женой была". В то же время внимательно присматривались к характеру родителей девушки, особенно матери; недаром говорилось: "Беря в жены дочь. посмотри на ее мать".

В наше время, подыскав юноше невесту, родители или близкие родственники стараются, чтобы он смог под каким-нибудь предлогом заранее увидеть девушку.

Наряду с традиционным вариантом первого этапа свадебного цикла существует и новый, получивший распространение в основном с начала 60 годов. Его главными действующими лицами являются будущие супруги, они сами знакомятся и сами же принимают решение о вступлении в брак, правда, предварительно ставя об этом в известность своих родителей, в первую очередь мать. Этот вариант наиболее распространен у армян, живущих вне Армении, например в Абхазии. В тех редких случаях, когда юноша и девушка любят друг друга, а родители не дают согласия на брак, мотивируя отказ тем, что дочь еще слишком молода (16 18 лет) и должна учиться, молодые прибегают к старинной форме брака уводом, т.е., попросту говоря, похищению невесты.

Выбрав невесту, родители юноши обращались к одной из своих родственниц, знавшей также и семью девушки, с просьбой быть посредницей (миджнорд кин) в переговорах с матерью их избранницы и уговорить ее получить согласие отца на замужество дочери. Чтобы обеспечить успех переговоров, родители юноши во время визита посредницы в дом девушки вешали на столб своего дома расческу или шереп большую разливательную ложку. Узнав о намерении жениха, мать девушки, как и мать юноши, в первую очередь советовалась со своим родным братом. Обычай посылть до официальных сватов в дом родителей девушки посредницу, чтобы та окольным путем по возможности больше узнала об их намерениях, сохраняется иногда и поныне в сельской среде.

Через несколько дней происходило основное сватовство. В дом родителей девушки отправлялись сваты (патвирак, букв. "делегат") из числа близких родственников-мужчин по отцовской линии, с которыми шла посредница, а иногда и мать жениха. О приходе сватов родителей девушки, как правило, оповещали заранее. После обычных приветствий сваты в иносказательной форме сообщали о цели своего прихода: "Мы пришли взять из вашего очага горсть золы, чтобы смешать ее с золой нашего очага; пришли, чтобы от вашего светильника зажечь наш светильник; пришли, чтобы ваш камень заложить в нашу стену".

Даже если родители девушки были согласны выдать дочь замуж, этикет не позволял им принять предложение сразу. Обычно они отвечали, что им надо подумать. Поэтому сваты приходили во второй, а иногда и в третий раз. Только после того как отец девушки объявлял о своем согласии, которое также нередко выражалось в иносказательной форме (например, говорилось так: "Не будем спорить, платок наброшу на вашу руку или платок пусть будет ваш" и т.д.), накрывали стол и выпивали по стакану принесенной сватами вина. Ранее сватов не полагалось угощать, поскольку считалось, что "если свату хлеба дать, нужно и дочь отдать".

Сейчас в роли сватов в большинстве районов по-прежнему выступают родственники жениха мужчины (брат отца, муж сестры отца или муж сестры самого жениха). Если сваты надеются на положительный ответ, то берут с собой водку или коньяк и сладости. Если в уверенности в получении согласия на брак нет, то они идут без "угощения". Придя в дом родителей девушки, сваты начинают разговор о, казалось бы, не относящихся к цели их прихода посторонних вещах: местных новостях, видах на урожай, здоровье и погоде. И только после этого приступают к главному. О цели визита, как того требует традиция, говорят иносказательно, например: "Мы пришли, чтобы из вашего дома сорвать один цветок; пришли, чтобы из вашего дома взять горсть землю и т.п. Родители девушки и сегодня, согласно традиции, считают неприличным соглашаться на брак дочери с первого раза, и сватам приходится приходить вновь. Прежде чем дать положительный ответ, отец девушки обязательно заручается согласием своего брата, сыновей и жены.

А затем (что особенно важно -в присутствии всех) спрашивает дочь о ее согласии. Если в прежние временами публичный опрос носил формальный характер, так как дочь вряд ли осмелилась бы перечить воле отца, то сейчас с ее мнением считаются, если девушка против брака, свадьба отменяется.

Момент, когда родители девушки давали положительный ответ, считался официальным сговором. В разных районах Армении его называли по-разному, например: хоск арнел, хоск кап (букв. "взять слово", "скрепить слово", арах хмел ("выпить водки"), hац ктрел ("преломить хлеб"). Сговор скрепляли подарком, обычно это были шаль, кольцо или другое украшение для невесты: этот обряд так и назывался беh тал (букв. "дать задаток"). В прошлом это был один из важнейших актов при заключении договора о браке. Обычай преподносить невесте в качестве залога какой-нибудь ценный подарок, главным образом золотое кольцо, сохраняется и в наше время. После сговора родители жениха приглашают родителей невесты к себе.

В старину обязательно устраивали смотрины невесты Нарснтэс, ахчик-тэс, ересацтэс (букв. "виденье невесты, девушки, лица"). Обычно они проходили во время одного из посещений сватов либо через месяц после сватовства. Во время смотрин знакомились с физическими достоинствами и способностями девушки, и иногда это выглядело несколько прямолинейно.
В некоторых районах проверяли и физическую силу жениха во время обряда так называемой рубки женихова пня песакотук джардел.

Наиболее важным обрядом предварительного этапа свадебного цикла, не потерявшим своего значения и теперь, было обручение, или помолвка, ншандрек, ншанадрутюн (помолвка). О его дне, числе участников с обеих сторон, о посылаемой из дома жениха в дом невесты доле угощения договаривались во время специального визита отца юноши к родителям девушки. Сейчас день обручения чаше всего согласовывается уже во время сговора.

Раньше утром в день обручения отец жениха, послав в дом невесты угощение (мясо, напитки, сладости), приглашал к себе родственников, священника, кавора, а нередко и музыкантов. В доме жениха приглашенных угощали. Собравшиеся желали благополучного свершения предстоящего обручения. Затем сторона жениха, взяв с собой ншан обручальный подарок невесте (обычно какое-нибудь украшение кольцо, серьги, браслет, в основном из серебра) и несколько больших деревянных или медных подносов со сладостями, сухофруктами, головкой сахара, вином и водкой, в сопровождении музыкантов направлялась к дому невесты, где и совершался обряд обручения

Он начинался праздничной трапезой, во время которой провозглашались поздравительные тосты с пожеланием счастья и долгой совместной жизни молодым. Священник освящал принесенные стороной жениха сладости, фрукты и обручальный подарок, после чего совершался основной акт обручения передача ншана невесте. Обычно это делал жених, но если он в обручении не участвовал, ншан невесте вручал священник или отец жениха, Если же и невеста не присутствовала на обручении, то ншан передавали ее матери.

По свидетельству С.Д.Лисициана, в старину у армян "ни невеста, ни жених не присутствовали на помолвке". Только иногда, например в Сюнике-Зангезуре, в конце церемонии невесту приглашали в комнату, где происходило обручение. Войдя с закрытым лицом, она по очереди обходила всех присутствующих. По сообщению Е.Лалаяна, в конце XIX - начале XX в. в Вайоц-дзоре, например, невеста и жених не присутствовали на обручении; в Гандзаке и Борчалу, напротив, священник совершал акт обручения в присутствии молодых и жених сам надевал ншан невесте; в Джавахке жених на обручении обычно не присутствовал и к гостям выводили только невесту. В Арцахе жених сам надевал кольцо на палец невесте.

В Армении были приняты и другие способы сговора и обручения, происходившие обычно во время народных праздников, чаще всего летнего праздника Вардавар. Этот вид обручения так и назывался вардавари ншандрутюн: юноша, обычно через своих товарищей, посылал понравившейся ему девушке яблоко, в которое она, в знак согласия, втыкала, (как, например, в Вайоц-дзоре) зернышко сушеной гвоздики и возвращала юноше. В других районах расселения армян, например в Гандзаке, в праздник Чсрдавар мать юноши, заранее получив согласие родителей избранной девушки, во время танцев набрасывала ей на голову красный платок и вручала яблоко с воткнутыми в него кольцом или серебряной монетой, а в карман насыпала немного сушеных фруктов. В Арцахе и Сюнике бывало, что во время утренней службы в Вербное воскресенье какая- нибудь родственница юноши давала избранной девушке зажженную свечу, к которой было Привязано кольцо, и одновременно набрасывала ей на голову красный платок. С этого момента девушка считалась обрученной. По народным представлениям обручение считалось в свадебном цикле одним из важнейших обрядов и по значению было равносильно самой свадьбе. Нарушить обручение считалось позором для обоих семейств.

От обручения до свадьбы устанавливались самые различные сроки от 5-6 месяцев до нескольких лет, что бывало связано со слишком ранним возрастом жениха или невесты. Но обычно этот срок равнялся одному-двум годам, и в это время жених и невеста не имели права встречаться на людях.

После обручения оба семейства становились свойственниками хнами и во всем помогать друг другу, особенно в хозяйственных работах. Между ними начинался традиционный обмен подарками. Так, по большим праздникам из дома жениха в дом невесты, например в Сюнике, посылали в подарок хонча со сладостями, вином, водкой, фруктами, причем обязательно среди фруктов должны были быть яблоко или гранат, символизирующие плодородие. На Пасху в дом невеста посылали крашеные яйца, сдобный хлеб, а также ягненка, которого закалывали у порога дома обрученной девушки в качестве пасхальной жертвы -ахар. В Гандзаке в первые дни Великого поста из дома жениха посылали в дом невесты гату (обычно семь штук), приготовленную на постном масле, лоби, вареную картошку, вино. В дом жениха на Пасху сторона невесты, в свою очередь, посылала крашеные яйца, фрукты и вино, а во время праздника Вардавар - гату, жареную курицу, молочную кашу, две порции яичницы (одну - для жениха), а также собранные невестой в этот день цветы.

Теперь армяне также считают обручение значительным актом свадебного цикла, хотя кое-где наблюдается тенденция к объединению этого обряда либо со сговором (например, в ряде сел Арагацотна), либо со свадебным пиром, как в селах Джавахка.

Для ведения переговоров с обеих сторон высылали специальных посредников - хнамахос, векилнер.

Во время этих переговоров назначался день свадьбы, определялось число гостей со стороны невесты, оговаривалось, сколько и какой ткани должна купить сторона жениха для свадебного наряда невесты, кройка и шитье которого обставлялись особым обрядом шордзевек, шорктрел. Он совершался в торжественной обстановке в доме невесты, на него специально приглашали хорошую портниху, а также близких родственниц с обеих сторон.

Собственно свадьбу hарсаник справляли обычно поздней осенью или зимой, часто на Масленицу, когда сельскохозяйственные работы были закончены и урожай собран. Эта традиция в большинстве случаев сохраняется и теперь, хотя бывают и летние свадьбы.

Несмотря на то что в разных районах проживания армян имелись некоторые особые детали свадебного обряда, все же в основной своей части он был един. Так, во время свадьбы повсюду были и сохраняются до сих пор определенные "действующие лица". Главную роль играли кавор и каворкин (посаженые отец и мать).

Важную роль на свадьбе играли также дружки холостые товарищи жениха, составлявшие его свиту. В Восточной Армении дружка назывался макар, а в Западной и у переселенцев из ее районов азаб(хачехпайр); главным в свите был макар или азаб, который "выкупал" символ своей власти саблю ("меч азаба") . Макар всюду сопровождал жениха, оправдывая свой второй титул песахпер, "брат жениха". Свита жениха и макар оберегали жениха и невесту, а главное принимали непосредственное участие во всех обрядах, знаменовавших переход жениха из одного состояния в другое.